Почему Рижский сиротский суд забирает детей из семьи

23. мая, 2017

Достаточно часто общественность потрясают новости о жестоком обращении с детьми. Кто-то оставляет детей в машине на солнцепеке, кто-то не кормит и издевается, бьет своего ребенка. Остаться равнодушным к ситуациям, в которых страдает ребенок – невозможно. В интервью порталу Riga.lv глава Рижского сиротского суда Айварс Красноголовс рассказал, каким бывает насилие над ребенком, что делать в ситуации, когда соседка постоянно кричит на детей, и почему иногда самое лучшее для ребенка – остаться без своих родителей.


Мы часто слышим словосочетание «насилие над ребенком», но это понятие часто очень широко интерпретируется. Каким определением пользуется Рижский сиротский суд?

Насилие над ребенком можно разделить на несколько типов. Физическое насилие   это причинение физических страданий и телесных повреждений. По сравнению с другими видами насилия, этот легче всего обнаружить. Эмоциональное насилие – это любое вербальное, эмоциональное или психологическое оскорбление. Эти виды насилия нередко идут рука об руку. Например, у Сиротского суда есть дело, когда мама жестоко обращалась с ребенком – била и душила. Ребенку удалось вызвать полицию и его отвезли в больницу. Позже мать угрожала совершить самоубийство, и все это происходило в присутствии второго ребенка – это эмоциональное насилие. Еще один распространенный вид насилия – когда о ребенке не заботятся.  И последний вид насилия – сексуальное, которое может быть и бесконтактным. Отмечу, что насильник часто выглядит приличным мужчиной, не вызывает подозрений. Если о сексуальном насилии сообщать незамедлительно, то его легко доказать. Бывает, что человек об этом рассказывает, уже став взрослым.

Неужели мамы, родственники не видят, что с ребенком что-то не в порядке?

Возможно, не хотят этого видеть. К сожалению, часто самые жуткие вещи с детьми совершают их близкие. Были вопиющие случаи, когда мать допускала сексуальное использование своего ребенка, или, когда уже экспертиза подтвердила подозрения в сексуальном использовании, мать этому не верила. Насильники с опытом способны так убедить ребенка, что он и не догадывается, что это ненормально. У детей нет жизненного опыта, знаний, и поэтому ребенку может казаться, что в этом нет ничего особенного, наверное, все так живут. Поэтому малыш молчит. Последствия сексуального насилия стереть невозможно. И я считаю, что за преступления сексуального характера следует ввести более суровые наказания. Был случай, когда отчим продолжительное время использовал семилетнего мальчика и в качестве наказания получил только два года тюрьмы. Я думаю, что в таких случаях, нельзя учитывать как смягчающее вину обстоятельство тот факт, что преступник сожалеет и признает свою вину.

Фото: Nora Krevņeva

Возвращаясь к матерям, которые не видят или не хотят видеть – могут ли они потерять право опеки над ребенком?

Зависит от ситуации, но если ребенок пострадал, а мать этого не понимает и отрицает, то такой человек угрожает безопасности ребенка. Этот факт может стать причиной прекращения прав опеки.  

Наверное, вы не можете не согласиться, что люди боятся Сиротского суда, воспринимают вас как карательное учреждение?

Да, нас боятся, потому что мы те, кто принимает непопулярные решения и забирает детей из семьи. Но нужно понимать, что интересы ребенка стоят выше прав родителей, если их насильственное поведение может серьезно повлиять на ребенка, наша обязанность – оградить его от этого.  Наказание – не цель. Общество должно попытаться понять и поверить, что изъятие ребенка из семьи – это очень серьезное решение, последнее средство в случае, если родители сами не смогли устранить плохие условия для ребенка. Сиротский суд решает множество других вопросов и принимает решения, например, об усыновлении, защищает материальные интересы детей и людей с ограниченной дееспособностью.

Где граница между насилием и воспитанием? Например, родители заставляют ребенка играть на пианино, а ему это не нравится, он пытается прогулять занятия. Это насилие?

По сути – да, но это, конечно, не станет основанием для изъятия ребенка из семьи. Нужно понять одно – воспитание это не ремень и принуждение. Если ребенку не нравится играть на пианино, может быть, стоит предложить ему что-то другое? Читая это, люди подумают, что мы здесь выступаем за вседозволенность. Нет! Дисциплина должна быть, но самое лучшее воспитание – взаимная любовь родителей и собственный пример. Это взаимодействие между родителями и ребенком. С детьми нужно разговаривать.

Кроме того, родители могут использовать возможность  Рижского самоуправления – курсы эмоционального воспитания ребенка до 7 лет, или программу «Путеводитель по воспитанию подростка». Там учат, как по возможности наиболее правильно существовать со своими детьми.

Фото: Nora Krevņeva

Что значит «правильно»?

Нет единого определения того, что значит «правильно воспитывать ребенка».  На курсах, которые предлагает самоуправление, родителям рассказывают о развитии детей, принципах воспитания и помогают понять своего ребенка, справиться с эмоциональными или поведенческими трудностями. Родителям дают возможность посмотреть на многие вопросы с другой точки.  

Часто появляется информация, что Рижская муниципальная полиция приняла решение изъять ребенка из семьи. Почему это полиция и что происходит дальше?

Вечером и ночью компетенция сотрудников сиротского суда в вопросе изъятия детей из семьи переходит полицейским. Они имеют право принять решение об изъятии ребенка и доставить в безопасное место – кризисный центр. На следующий рабочий день член сиротского суда принимает единоличное решение о прекращении прав опеки над ребенком. С момента принятие этого решения, в течение 15 дней идет сбор информации, чтобы уже на коллегиальном заседании члены сиротского суда решили, восстанавливать родителей в правах на ребенка или нет.

Как часто сиротский суд принимает решения об изъятии ребенка из семьи?

По состоянию на 31 августа 2016 года, Рижский сиротский суд принял 56 единоличных решений. В общей сложности в  этом году 270 человек лишились права опеки над детьми, в 2015 году – 316 человек.  Судя по этим данным, могу сделать прогноз, что в этом году лишенных родительских  прав будет больше, чем годом ранее.

С чем это связано?

К сожалению, насилие над ребенком было всегда и везде. Увеличение числа дел связано с продуктивной работой учреждений. Больше внимания на проблемные ситуации, быстрая реакция на происшествия и информирование о нарушениях прав детей.

Фото: Nora Krevņeva

Откуда сиротский суд получает информацию о случаях насилия над ребенком?

Большую часть информации мы получаем от Рижской муниципальной полиции. От социальной службы, когда их компетенция и возможности решить ситуацию – исчерпаны. Также нам сообщают медицинские и образовательные учреждения – если есть подозрения, что ребенок стал жертвой насилия. Кроме того, нам звонят и присылают письма на электронную почту с просьбой проверить ситуацию в семье. Что касается последнего источника информации, то, к сожалению, часто случается, что это просто попытка потрепать кому-то нервы. Например, есть одна женщина, которой очень не нравится ее зять и его отношение к детям, поэтому она два раза в год приходит ко мне жаловаться. Потом просит не рассматривать заявление, потому что стало стыдно за свое поведение. Но мы, конечно, все равно все проверяем.

Что делать, если я каждый вечер слышу, как соседи кричат на своих детей?

Сообщить об этом Рижской муниципальной полиции или нам, позвонив на информационный номер  67037746 в рабочее время. Также можно отправить письмо на bt@riga.lv. Мы проверяем и анонимную информацию. Конечно, люди не всегда могут объективно оценить ситуацию, но если есть подозрения, нужно звонить или полиции, или сиротскому суду. Лучше позвонить, и пусть сомнения не подтвердятся, чем наоборот – промолчать и допустить, что все дойдет до серьезных проблем.